Энциклопедия животных       А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  
 
Главная Энциклопедия Факты Фотогалерея Ссылки Контакты
Главная » Новости » Причудливое поведение родителей в животном мире

Причудливое поведение родителей в животном мире





У млекопитающих родительское поведение вполне предсказуемо: в течение всего времени молочного вскармливания детеныш остается «привязанным» к матери, и, естественно, именно самка в основном заботится о потомстве. Случаи же, когда ответственность за детенышей берет на себя преимущественно самец, в мире млекопитающих редчайшее исключение  вроде шимпанзе, усыновляющих чужих (или своих  как правило, отцовство неизвестно) детей. Причем случаев успешного усыновления, когда детеныши проживали сколь-нибудь долго,  единицы. Иначе обстоит дело у тех животных, кто не вынашивает детенышей и не выкармливает их молоком, но при этом и не производит на свет полностью готовых к самостоятельной жизни существ.


У насекомых, рыб, амфибий оба родителя равно свободны после того, как яйца или икра отложены и оплодотворены. И, соответственно, любой из них может взять на себя заботу о потомстве. Или никто. Такая стратегия выживания вида, когда детеныши предоставлены самим себе с момента зачатия, встречается нередко. Из 181 семейства костных рыб ни малейшего беспокойства по поводу судьбы потомства не испытывают 100  больше половины. Но мы поговорим о тех случаях, когда родительские функции исполняют самцы, причем делают это порой весьма необычным образом.Наибольшее разнообразие «ответственных отцов» можно наблюдать у животных, обитающих в воде. Например, конечности морских пауков оснащены железами, выделяющими подобие клея, который удерживает яйца, отложенные самкой. Водные насекомые не отстают от арахнид: у хищного клопа белостомы, напоминающего скорпиона, самка откладывает плодотворенные яйца самцу на спину. Яйца прилипают, и две недели, до вы-лупления молоди, клоп носит их на себе.

Среди рыб заботливых отцов предостаточно. В 49 семействах костных рыб только самцы и берегут потомство. Исключительно материнская эта роль лишь в 17 семействах, у прочих же родительские обязанности чередуются или исполняются совместно. Считается, что истоки такого чадолюбия у самцов рыб стоит искать в их собственническом поведении. Самец победил соперников и изгнал их со своей территории, теперь все здесь принадлежит только ему. И самку из гнезда он тоже изгоняет немедленно после икрометания, не желая ни с кем делить свою собственность. Самки же в такой обстановке порой вообще никак не проявляют «материнский инстинкт». Например, бойцовая рыбка, выметав икру, может тут же ее съесть, если самец замешкается и не прогонит «мать-ехидну».

Одни отцы-рыбы искусно сооружают убежища для потомства, другие же не утруждают себя строительством, как, например, анабасовый петушок. Во время икрометания он специально занимает такое положение возле самки, чтобы икринки по мере появления попадали ему прямо в рот. Там они и пребывают в течение четырех дней, пока не вылупятся мальки. Но новорожденные не покидают рот отца, а живут там еще неделю. И там же прячутся в случае опасности, когда подрастут достаточно, чтобы начать «выходить в свет». Все то время, что икра и мальки находятся во рту петушка, он голодает. Ничего не едят и сомики, содержащие икру в желудке.Не все рыбы, вынашивающие молодь во рту, соблюдают в это время строгий пост. Например, тилапия (у нее о детях заботятся оба родителя) кормиться не прекращает. В связи с этим развиваются интереснейшие поведенческие особенности, которые описал еще Конрад Лоренц. Как-то раз он угостил тилапий червяками, по размерам сходными с мальками этих рыб. Самец схватил червя, но заметил малька, выбравшегося из гнезда, поплыл к нему и взял в рот. Во рту оказались двое: червяк и малек, но одного надо съесть, а другого отнести в дом. Лоренц писал: «Если я когда-нибудь допускал, что рыбы могут думать, т именно в этот момент». Несколько секунд самец был напряжен и неподвижен, не в силах разрешить дилемму. Но затем он выплюнул все, что было во рту, и съел червяка, не спуская глаз с детены-ша. Поев, самец отнес малька в гнездо.

Рыбы способны четко отличать своих детенышей от чужих. В этом позволил убедиться эксперимент, когда цихлидам подменили их икру на икру близкого, но все же другого вида. Рыбки вырастили «кукушат», а встречая мальков своего собственного вида, без зазрения совести поедали их, поскольку те были непохожи на выращенных цихлидами приемных детей.Мальки цихлид могут узнавать роди-телей. Но их легко обмануть, поскольку решающее значение для них имеет скорость движения родителя. Они последуют за любым объектом, плывущим с надлежащей скоростью, на неподвижный не обратят внимания, а при виде слишком быстрого пустятся в бегство.Рыбы прячут потомство не только во рту. Апогон средиземноморский носит икру под жаберными крышками. А самцы морских коньков обзавелись выводковой сумкой на животе, куда самка прицельно откладывает икру с помощью появляющегося в районе клоаки выроста. Внутренняя поверхность сумки пронизана кровеносными сосудами, доставляющими к икринкам кислород, что некоторым образом напоминает плаценту млекопитающих.Самцы рыб порой обеспечивают малькам не только защиту, но и питание. У арапаимы, огромной архаичной южноамериканской рыбы, мальки первое время питаются выделениями из желез, расположенных на голове самца.


Среди земноводных активное отцовство менее распространено, нежели у рыб, но все же из 35 семейств амфибий оно выявлено у семи. Причем если северные земноводные не склонны к заботе о потомстве, рассчитывая на то, что из массы отложенной икры кто-то да уцелеет, то в тропиках чаще «берут не числом, а умением». Наиболее яркий пример  лягушки ринодермы. В горловом мешке самца головастик прирастает хвостом и спиной к стенкам, чрезвычайно богатым кровеносными сосудами,  еще более убедительное, чем у морского конька, подобие плаценты. Головастики получают питательные вещества с кровью отца и развиваются, пока не утратят хвост и не превратятся окончательно в лягушат. Только после этого они вторично появляются на свет, на этот раз из отцовского рта, как древнеегипетские боги Шу и Тефнут. Впрочем, самки у лягушек тоже порой проявляют себя с яркой стороны, как, например, сури-намская пипа. Она подныривает под оплодотворенную икру так, что икринки прилипают к спине. Самец равномерно распределяет их по спине супруги, икринки «вживляются» под кожу и пребывают там в относительной безопасности, пока через три месяца прямо из материнской спины не появятся на свет полностью готовые к самостоятельной жизни молодые лягушки.

Самцы жаб-повитух иногда за- : ботятся о потомстве не одной самки, а целого гарема. Успешный самец спаривается с тремя-четырьмя дамами, причем каждой помогает освободиться от икры, собранной в своеобразные цепочки, покрытые многослойной слизистой оболочкой. Эти цепочки он наматывает себе на бедра и отправляется завоевывать следующую самку. Самец носит икру на себе до тех пор, пока не придет время вылупления головастиков. Тогда он входит в подходящий водоем и энергично плавает, таким образом помогая головастикам избавиться от слизистой оболочки, мешающей им покинуть икринки.Безногие земноводные  нервяги  проявляют подлинное чудо материнства. Их детеныши питаются... кожей матери. Эпителий самки в это время размягчается и обогащается жиром. За неделю детеныши съедают 14% массы ее тела.

У некоторых амфибий родители чередуют заботу о потомстве. У одного из видов лягушек-древолазов самка откладывает 4-5 яиц и уходит. Самец их оплодотворяет, защищает, смачивает (икре необходима влага) и выбрасывает погибшую или пораженную грибком икру. Когда головастики вылупляются, отец заботится о них еще неделю, а потом их забирает мать. Она сажает их на спину и переносит в заполненные водой пазухи листьев, причем высаживает детенышей в разных местах, на расстоянии нескольких метров друг от друга (чтобы минимизировать их риск стать чьей-то добычей). Самка кормит лгушат неоплодотвореннои икрои, постепенно увеличивая интервалы между кормежкой, пока дети не вырастут и не станут ами добывать себе пропитание.Еще большую степень кооперации в заботе о потомстве демонстрируют саламандры. У них распространены коллективные кладки: икру мечут несколько самок, а охраняет только одна, причем не участвующие в охране кладки сородичи всегда готовы занять ее место. Обнаружив «бесхозную» кладку, любая саламандра немедленно о ней позаботится. И если животное насильственно отнести в сторону, оно не забудет о своих обязанностях, а тут же поспешит обратно. У некоторых видов саламандр кладки охраняют только самцы, которые по два месяца и более не отходят от яиц, заботясь об их сохранности и перемешивая хвостом воду над икрой, чтобы обеспечить постоянный приток кислорода, необходимого зародышам.


А как обстоят дела с отцовством у более высокоразвитых животных  скажем, у птиц? Они ведь тоже не выкармливают своих отпрысков молоком, а стало быть, жесткого «прикрепления» детеныша к матери у них быть не может. Действительно, среди пернатых встречаются, пусть и не так часто, примеры заботливых отцов. Иногда с этим связана «смена ролей», когда самка и крупнее, и ярче окрашена, нежели самец, и вообще ведет себя более «мужественно». Типичные примеры  круглоносые и плосконосые плавунчики. Вернувшаяся с зимовки самка выбирает понравившегося самца, исполняет для него брачный танец и увлекает в альков, который строит самец под надзором «невесты». Отложив яйца, самка покидает гнездо и заводит следующий роман. Покончив с размножением, самки плавунчиков кочуют по тундре, сбившись в стайки, а самцы насиживают яйца и занимаются вылупившимися птенцами. «Смена ролей» у плавунчиков видна и на гормональном уровне. У самок повышенный уровень тестостерона, а у самцов  пролактина. Под действием последнего у самцов образуется «на-седное пятно»  лишенный перьев, но богатый капиллярами участок кожи на животе, превосходная грелка для яиц.

Несколько более ответственно ведут себя самки якан  обитателей Южной Америки, знаменитых невероятно длинными пальцами, которые позволяют им ходить, не проваливаясь, по листьям кувшинок и другой водной растительности. Самка яканы сражается с соперницами, отвоевывая участок водоема, где она сможет поселить нескольких самцов, которые будут высиживать ее яйца. В течение всего периода гнездования якана защищает свою территорию и своих «мужей» (вдвое уступающих «женам» в весе) от чужих посягательств.
Другие же пернатые отцы нисколько не утрачивают маскулинности, беря на себя заботу о потомстве. Страус-нанду сперва собирает гарем численностью до полутора десятков самок, сожительствует с ними, не подпуская других самцов, и лично роет яму, куда все его «жены» откладывают яйца. В какой-то момент терпение у нанду заканчивается и он приступает к насиживанию. Кому-то из самок повезет и они смогут снестись в уже занятую самцом яму, но тем, кто припозднится, это не удастся — злобный страус прогонит их, и им придется нестись прямо на землю. Те яйца, что окажутся поблизости, самец закатит в гнездо, а прочие погибнут. Гибель ждет и потомство излишне жадного самца, который собрал в яме слишком много яиц. Он не сможет все их равномерно согреть, часть яиц протухнет, и когда нанду отлучится поесть, нагретые солнцем, они лопнут, их содержимое разольется по остальным яйцам, перекрыв доступ воздуху, и в итоге вся кладка будет потеряна.

Тем птицам, у кого кладка скуднее, тоже нередко приходится терять потомство. Многие пингвины сносят всего два яйца, из которых выживает в лучшем случае одно. Особенно подвержены риску остаться в этом году бездетными молодые неопытные пингвины-родители, у них вылупляется всего треть птенцов. Зато с возрастом эта пропорция меняется и достигает 9 из 10. Самец-пингвин не высиживает, а «выстаивает» яйцо, держа его у себя на лапах и прикрыв специальной складкой на животе. Вылупившиеся птенцы еще долго, до полной смены оперения, целиком зависят от родителей. Те кормят молодняк ферментированной рыбой, причем так интенсивно, что пингвиненок может весить на 20% больше взрослой птицы.В природе предостаточно примеров странного, на наш взгляд, родительского поведения. Порой оно нам может показаться милым, порой отвратительным. Причина тут в антропоморфизме, к которому мы неизбежно склонны. Очень сложно принять мысль о том, что «привычное» не тождественно «нормальному» за пределами нашего социума. Всякая стратегия, успешно служащая выживанию того или иного вида, хороша. И их разнообразие диктуется эволюцией, направленной на то, чтобы обеспечить выживание потомства любой ценой.


вернуться
Интересные факты все



Белый медведь действительно завораживает. Это самый крупный наземный хищник в мире и единственный, приспособившийся жить в лютом арктическом холоде. Конечно, там водятся и другие хищники вроде песца, волка и росомахи, но они много где живут, а белый медведь идеально приспособлен к самым северным широтам. Медведь — единственный обитатель суши, способный всю жизнь провести в море: он отлично плавает и охотится в воде, а для отдыха лучше всего ему подходит не суша, а льдина. Поэтому его относят к морским млекопитающим («мормлекам») наравне с ластоногими и китообразными. От переохлаждения его защищает толстый слой жира (в отличие от людей чем жирнее медведь, тем он здоровее) и густой мех. Шуба у белого медведя состоит из полых волосков, которые хорошо держат тепло. Иногда летом можно увидеть медведя с зеленым отливом, это значит, что в полостях его шерсти завелись микроскопические водоросли.

По интеллекту белые медведи едва ли уступают приматам: они способны решать сложные задачи, ориентируются в трехмерном пространстве и обладают отличной памятью. У каждого зверя, как у человека, есть своя яркая индивидуальность. Овсянников говорит: «Мыс Блоссом на острове Врангеля раньше был традиционным местом медвежьей тусовки, и там было удобно за ними наблюдать. Когда день за днем смотришь на десятки медведей, начинаешь различать их характер, они все разные, как мы. И у них очень богатая мимика. Один геолог как-то говорит мне, мол, у бурых медведей мертвое лицо. Я отвечаю: ты свою-то физиономию видел, когда с ними встречался? Медведи тоже сказали бы, что у человека всегда одно и то же выражение и глаза навыкате».
За годы наблюдений Овсянников заметил и описал еще одно уникальное свойство медведей — их большую социальную пластичность. Они вовсе не одиночные хищники, как считалось, и хоть и не собираются в стаи, но могут сосуществовать, особенно если еды хватает на всех: «Я видел до двадцати двух медведей вокруг тюленьей туши. Они могут рычать и толкаться, пока делят трапезу, но до серьезных конфликтов не доходит. Есть строгая иерархия: взрослые самцы едят только лакомые куски — жир, оставляя мясо на костях медвежатам помладше».

Белые медведи не индивидуалисты, хотя им и не нужно кооперироваться. В отличие, например, от львов охотятся они каждый сам по себе, а вот разделывают добычу сообща. Причем они могут делиться даже с чужаками, которые приходят из других мест. Весной начинается сезон любви, и взрослые медведицы раз в три года беременеют. Чаще невозможно из-за необычной длительности процесса: после соития оплодотворенная яйцеклетка делится всего несколько раз, но не прикрепляется и не развивается почти полгода, пока медведица не заляжет в берлогу на зимнюю спячку. Остаток весны и лето медведица посвящает охоте, набирает вес и готовится к спячке. В сентябре-октябре она выходит на сушу, поднимается в горы, находит спокойное место и в глубоком снегу роет берлогу.

Когда медведица залегает в спячку, начинает развиваться ее беременность. В январе у нее появляются медвежата — слепые, почти голые и весом всего 500 граммов. Первые три месяца медведица вскармливает и вылизывает их, не выбираясь из берлоги. В марте-апреле подросшие до 3-5 килограммов медвежата вылезают на свет, первое время играют возле берлоги, а затем мать уводит их на лед. Белые медведи очень медленно взрослеют: обычно медведица водит отпрысков за собой два с половиной года. Это время она выкармливает их и обучает всему, что умеет. Однако даже взрослый трехлетний медведь первые годы питается тем, что осталось от более солидных взрослых сородичей. Самцы зимой не спят и предпочитают оставаться круглый год на льду, если позволяют условия. Впрочем, возможность такая представляется все реже. «По моим собственным наблюдениям, климат очень изменился, стало больше осадков и туманов, а главное, меньше льдов, — говорит Овсянников. — Поэтому медведь все чаще выходит на землю. Погода стала менее предсказуемой, появились зимние оттепели».

Медведи предпочитают питаться морскими млекопитающими, но в голодные годы не гнушаются и более мелкой добычей вроде песцов и леммингов и даже падалью. А уж о том, как медведи воруют еду у полярников и метеорологов, на Севере сложен богатый народный эпос.Из-за потепления увеличивается продолжительность жизни на берегу и сокращается численность популяций, особенно тех, что обитают южнее прочих. К тому же все чаще случается, что медведица, оставшаяся на льдине вдали от земли, вынуждена прямо там же и залегать в берлогу, а это довольно опасно, поскольку лед двигается и ломается. Как изменится климат в Арктике, никто точно не знает, но по самому уверенному сценарию к концу века среднегодовая температура может подняться на 4-7 градусов, а безледный период увеличится до полугода. Само по себе это может оказаться не так страшно. По палеонтологическим реконструкциям белый медведь произошел от бурого около 120 ООО лет назад, а по новым генетическим данным (анализу митохондриальной ДНК видов) — и того раньше, около 600 ООО лет назад. Таким образом, белый медведь пережил как минимум шесть глобальных потеплений древности.

Кроме того, описано уже два случая скрещивания белого медведя с бурым. Несколько лет назад охотник в Канаде убил белого медведя, который при ближайшем рассмотрении оказался необычным, с темными очками вокруг глаз и несвойственным этому виду строением тела. Генетический анализ показал, что это гибрид белого и бурого медведя. Это разные виды, но они могут смешиваться и, что важно, их отпрыски также могут рожать детей. «Все повторяют как заклинание, что с таянием льдов медведь может исчезнуть, — говорит Овсянников. — Но они слишком умны, экологически и социально пластичны, я уверен, что они смогут приспособиться к изменениям. Конечно, на льду медведю удобнее жить и охотиться, но долгие периоды безо льда он переносит и на суше, где в случае необходимости худо-бедно прокормится и не вымрет. Если его не уничтожит человек. А вот это реальная угроза».В мире есть 19 географических популяций белого медведя, из которых три обитают на территории России: это чукотско-аляскинская популяция, лаптевская и карско-баренцевоморская. Спутниковое мечение показало, что они консервативны и предпочитают перемещаться по известным маршрутам.

Оценить размер популяции почти невозможно, потому что каждый год основное местообитание медведя — шельфовые льды — исчезает и часть животных уходит дальше на север, а часть выбирается на Большую землю. На сайте IUCN/SSC Polar Bear Specialist Group можно найти приблизительную оценку — от 20 ООО до 25 ООО. «Это взято с потолка, в реальности их не может быть столько сейчас, — говорит Никита Овсянников. — Тем более неизвестно, сколько медведей осталось в России. В 1970-е годы была последняя попытка оценить численность Чукотско-Аляскинской популяции, тогда речь шла о 2000-5000 особей. На самом деле сейчас их не может быть больше 1500-1700. Даже в начале 2000-х мы наблюдали на острове Врангеля гораздо больше зверей, чем теперь, десятки и сотни зверей на площади в два километра. Сегодня, по моим наблюдениям, плотность достигает 38 зверей на гектар. Сейчас у нас на Врангеля можно встретить не больше 60-70 медведей, а в 1990-е годы было 300-400».
В1973 году пять арктических государств — США, Канада, Дания, Норвегия и СССР — подписали соглашение о мерах по сохранению популяции белых медведей. По нему охота разрешалась только коренным народам Крайнего Севера, поскольку считается, что это их традиционный промысел. Норвегия впоследствии ввела полный запрет на охоту. А в СССР он впервые был установлен в 1957-м. На Аляске (США), в Канаде и Гренландии (Дания) квоты и сейчас выдаются коренным жителям. Это одна из льгот, которые правительство дает вымирающим аборигенам в качестве компенсации за тяжелое колониальное прошлое. «Я не раз говорил американским и канадским коллегам, что они расплачиваются медвежьей шкурой за уничтожение малых народов, — говорит Овсянников. — Это цинизм и политика».

В Америке, Канаде или Дании состоятельные люди нередко приезжают на Север, договариваются с местными, угощают виски и берут одного с собой на охоту для защиты от егерей. А в Канаде аборигенам и вовсе официально разрешено продавать свои квоты. В итоге попытка сохранить традиции малых народов превращается в индустрию развлечений, в которой гибнут животные.
Несмотря на замечательные законы, в России медведей отстреливают не меньше, чем в других странах, — из-за браконьерства. По закону стрелять в медведя можно только в случае, если он представляет опасность для жизни, но на деле многие местные стреляют из чистого азарта, едва увидев животное, чтобы потом преподнести это как самооборону. Купить шкуру белого медведя в рунете или магазине трофеев не составляет труда. Во всем мире ежегодно отстреливают по 300-400 животных, причем треть из них — это медвежата до трех лет. Такими темпами истребить белого медведя можно в течение 20-25 лет.

Изучение белого медведя в Канаде и США сводится в основном к оценке численности, чтобы каждый год решать, сколько следует выдавать квот. Для этого используется метод capture-recapture («отлов и повторный отлов»). Чтобы поймать медведя, его выслеживают с вертолета, обездвиживают выстрелом шприца с тела-золом, затем оцепеневшее животное обследуют и берут пробы. Так можно установить пол, измерить вес и размер. Чтобы узнать точный возраст, у зверя нужно вырвать зуб. Попутно можно взять образец тканей для биопсии или генетических исследований, а также надеть ошейник с меткой для спутникового слежения, чтобы затем изучать миграции. На первый взгляд этот метод позволяет собрать множество объективных данных. Но в действительности недостатков у такого способа изучения больше, чем достоинств, настаивает Овсянников. «Этот подход ничего не скажет о естественном поведении медведя, — говорит он. — Более того, после пережитого тяжелейшего потрясения медведь может вести себя неадекватно, и наблюдение за ним приводит к ошибочным выводам. Если вы изучаете естественную биологию и экологию медведей, то вы не должны их беспокоить, тем более мучить. Американцы год за годом собирают данные, но ничего не знают ни о повадках, ни об образе жизни медведя. Они его видят только убегающим от вертолета и потом корчащимся в муках».

Сам Овсянников изучает белого медведя прямо противоположным способом. Для него это приключение: жить вблизи, но не беспокоить и не пугать зверя. Только так можно исследовать его естественную жизнь. Свой проект Овсянников начал в 1990 году. Он переехал на остров Врангеля, чтобы проводить там круглый год. Большую часть времени жил один, в последние годы — с женой Ириной, которая изучает белых сов и песцов. Сегодня Овсянников приезжает только с весны по осень. «Мы ежегодно обследуем ключевые места обитания белых медведей, покрывая тысячи километров на квадроцикле, — рассказывает он. — Часто ночуем в примитивных балках, которые еще и разламывают медведи, так что ночевать оказывается негде. Зато там можно видеть их вблизи. У себя на Врангеля я мог учесть всех 200-300 медведей, потому что уже знаю, где их вероятнее всего встретить».Такой метод наблюдения позволяет накапливать уникальные данные о численности, составе и среднем возрасте популяции, а главное, о поведении и социальной организации — как медведи взаимодействуют друг с другом, охотятся и вообще живут, а также как реагируют на человеческую деятельность и какие есть факторы в их жизни, ограничивающие рост популяции. Работа социолога животных состоит в том, чтобы собирать модель поведения, как мозаику, по отдельным событиям, которые удается зафиксировать. Чем больше наблюдаешь, тем отчетливее складывается картина и тем понятнее, какие пробелы еще предстоит заполнить. Например, если тебе нужно понять, как охотится медведица с медвежатами, необходимо найти место, где это с большой вероятностью случится, и терпеливо ждать события.

«Когда живешь среди животных, нужно соблюдать баланс: с одной стороны, нельзя их беспокоить, с другой — невозможно скрыться или стать невидимым, — объясняет Овсянников. — И песцы, и совы, и прочие животные всегда в курсе, что ты рядом. Поэтому нужно выстроить отношения с животными так, чтобы они были знакомы с тобой и относились к тебе как к части ландшафта, которая присутствует, но не раздражает. Нужно показать, что ты такая агрессивная обезьяна, которая, однако, безобидна, если ее не трогать».Самый эффективный способ объяснить это медведю — шуметь, но не кричать. Резкие, например металлические, звуки пугают зверя, а живой голос, наоборот, обычно присущ напуганной жертве. Овсянников пользуется способом, требующим особого мужества: он быстро и агрессивно идет прямо на зверя, сильно топая и размахивая руками. Медведи довольно быстро обучаются и скоро усваивают, что к человеку лучше не подходить. «Правда, в популяции все время появляются новые животные, с которыми надо выстраивать отношения заново, — говорит Овсянников. — Если появляется проблемный зверь, его видно сразу, он такой брутальный и уверенный в себе, сразу понятно, что с ним будут сложности. Так что, конечно, универсального рецепта нет, на каждого медведя нужно смотреть отдельно».

Полярники любят истории дружбы с прирученными медведями. Обычно, правда, дружба начинается с убийства матери: медвежата без матери совершенно беспомощны и умирают от голода. Если подобрать такого медвежонка и выкормить, он может вырасти ручным. Один охотник подобрал белого медвежонка, назвал Ай-кой и держал в своей квартире в Норильске, а когда медведица подросла, передал в зоопарк. На острове Шмидта другой человек приручил медведицу, назвал Машкой и кормил с руки. На Котельном острове метеорологи еще в советские времена вырастили медведя по имени Умка, который жил под крыльцом, как собака. «Все эти игры ни к чему хорошему не приводят ни для медведей, ни для людей, — говорит Овсянников. — Медведь принимает человека за своего и общается с ним на равных. В любой момент, если ему что-то не понравится, он может ударить лапой или укусить, как это принято у них. А для человека даже легкий по медвежьим меркам шлепок лапой может быть смертельным. Так случилось с одной немецкой дрессировщицей, у которой были нежнейшие отношения со зверем, но в какой-то момент он убил ее, по словам очевидцев, совершенно ненамеренно. Чем пытаться наладить неестественные отношения, гораздо больше проку было бы, если бы люди перестали тревожить медведей и тем более истреблять. Вот это и была бы настоящая дружба».

 

Фотогалерея все фото
Минога морская
Прикольные животные

Главная Энциклопедия Факты Фотогалерея Ссылки Контакты
© 2010-2013 Большая энциклопедия животных "Звереведия".
Всё о животных: статьи о животных, описания, фото зверей.